Это один из логотипов Красного матроса. Нажмите сюда мышкой, чтобы посмотреть весь логотипарий
      ТО "КРАСНЫЙ МАТРОС"
 
     
 
     


  Обложка

 

  Об издательстве

 

  Новости

 

  Книги

 

  Книжные серии

 

  Звуки

 

  Мероприятия

 

  Авторы

 

  Где купить

 

  Ссылки

 

  О сайте

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
"Маленькие девочки дышат тем же воздухом, что и мы"
Маленькие девочки дышат тем же воздухом, что и мы

Бальтус. Торговый пассаж Сент-Андре. 1952-1954.

Поль Фурнель. Книга рассказов.
Художник - Владимир Шинкарев

Les Petites Filles Respirent Le Meme Air Que Nous

Переводчик: Валерий Кислов



Координатор: Кирилл Пискунов
Редактор: Светлана Хитун
Корректор: Ольга Кустова
Продюсер: Михаил Сапего
Вёрстка: Милена Виноградова

Технический редактор: Геннадий Лапушкин

Особая благодарность "Красного Матроса":
Михаилу Черчику,
Андрею Герасёву,
Эдуарду Салбиеву,
Сергею Лазо,
Сергею Колесникову

Оформление: Владимир Шинкарев, 140 стр., 1998 г.
ISBN 5-7187-0248-9

Тираж: 1000 экз.

"КРАСНЫЙ МАТРОС" - книга десятая

Публикация книги в Интернете Рассказ П.Фурнеля на Dark Mood Literature




Девочки еще дышат

Концепция мироощущения и миропонимания, прижившаяся под бескозыркой красивого - красного матроса, меня серьезно заинтересовала, и поэтому сегодня представлю новую книгу издательства. Книгу сочинил Поль Фурнель, француз, перевел ее Валерий Кислов, русский. Знаете, из чего состоит книга и о чем она? Нет? То-то же! Книга составлена из коротких рассказов, в которых повествуется о жизни маленьких девочек. Сперва ты как бы ошарашен. "Почему? - спрашиваешь. - На каком основании мельтешат эти девочки?! Тут, понимаешь, законы государственного устройства на кону и судьбы России! Березовский - жулик, Доренко - собака, Примаков - инвалид, Лужков - убийца американского бизнесмена, Коза Ностра Семьи, коммунисты под красными флагами и националисты с кольями... Вот о чем надо бы писать и думать круглые сутки!"

Но по мере того, как вчитываешься в текст Фурнеля, горячая голова остывает, психическое кипение прекращается. Ты включаешься в авторскую игру, и оказывается, что подглядывание французского писателя ничем не хуже, чем героические страдания того же Доренко. Что делает последний? Он придумывает, ищет, демонстрирует нам дерьмо всех сортов. Что делает француз Фурнель - придумывает, ищет, демонстрирует читателю сокровенные детали из жизни девочек, будущих красавиц и наших любовниц.

Фурнель, выходит, более естествен и полезен России, чем Доренко и прочие телецепные псы буржуазии. Но дермоискатели миллионно тиражируются на телеэкранах, а Фурнель издан "Красным матросом" всего в одну тысячу экземпляров. Тем более появляются основания рассказать об этой книжке.

В рассказе "Ответ" у девочки Мадлен умирает мама. Тело лежит в гробу. Девочка пытается найти контакт с умершей. "...Изо всех сил она уколола труп. Булавка отскочила и упала на дно гроба". Печально и трогательно. Книга Фурнеля изобилует таким количеством правдоподобных деталей, что кажется - писатель и сам когда-то давно был девочкой. В рассказе "Полянка" маленькая Аделина уходит в лес. "Она вышла на середину, села на корточки, закрыла глаза, долго сидела неподвижно, затем выпрямилась и завыла... Она выла от любви". Тут, похоже, Фурнель несколько загнул - лично я не верю в вытье маленьких девочек от любви. Большие девочки - другое дело. Все рассказы, составляющие книгу, изящны и лаконичны.

Я не знаю, сколько лет автору, но я представляю красивого матроса в белых клешах и в бескозырке с красным помпоном, как идет он по Анжуйской набережной, переходит мост Мари, сквозь дворы Сен-Поля выходит на Сен-Антуан, пробирается переулком в сквер площади Вож, располагается на скамейке напротив конной статуи Людовика XIII и наблюдает за играющими тут же девочками, затем возвращается на Сен-Антуан, садится на террасе напротив метро, заказывает омлет, бокал вина и эспрессо, затем достает блокнот и ручку с золотым пером, пишет ровные строчки с улыбкой на губах...

Книга иллюстрирована черно-белыми репродукциями картин великого Володи Шинкарева. Чтобы жизнь медом девчонкам не казалась! Его картины являются логичным мостиком между разноцветной Францией и нашим городом на болотистых берегах. А девочки? Что - девочки?! Девочки еще дышат.

Владимир Рекшан
Библиотека "Этажерки", "Вечерний Петербург", 3.12.99




Маленьким девочкам интересна смерть

Аделина, Жаннета, Жозиана, Кароль, Клементина, Магали, Мадлена, Малина, Софи, Тереза - все они героини Пьера Фурнеля. Мадлена булавкой уколола мертвую маму. Магали голубей гоняла. Клементина напялила кучу взрослых вешиц и пошла вдаль "до тех пор пока у меня не вырастут груди". Аделина на полянке Жюльену показывала, что у неё под платьицем спрятано. И так далее. Аделина-Жаннета-Жозиана-Кароль-Клементина - Маленькая Девочка. У неё много имен, но образ один. И, в конце-то концов, последний рассказ в книжке - про "маленькую девочку", освобожденную от имён. Она предстаёт в виде чистой идеи, воплощенной в существе особого рода: "толстенькие ножки", куча фантазий, малый рост и красивое платье, которое "повсюду трет". И тут черная рука вылезает из-под одеяла и хватает...

В детстве так сладко слушать истории про черную руку. Только две темы волнуют Маленьких Девочек: смерть и близость чего-то к телу. Не в смысле секса, нет. В том смысле, в каком трущее платье или карамелька в зубах, или скрещение рук значат прикосновение чего-то большего, но чего - пока ещё непонятно: чего-то, что ведёт туда, вдаль, в желанный и страшный мир взрослых, в котором происходит много разных непонятных и интересных вещей.

Фу-фу - фрейдовским духом пахнет? "Детская сексуальность" - тема, от которой Фрейдом разит, как из помойного ведра. Но здесь, у Фурнеля, скорей слышен тлетворный запах достоевщинки. Федор Михайлович, стервец-страдалец, из женщин любил писать лишь про девочек да про старушек. Интерес детей к смерти - тема, которую обсуждают редко. Ещё реже об этом пишут книги. Успенский, правда, написал сборник историй, которые дети рассказывают детям, чтобы пугать детей. Фурнель - этакий гибрид Успенского с Достоевским на галльской почве: рассказы про психические глубины детей, которым интересна смерть.

"Жир-трест, мясо-комбинат", - так в моем детстве дразнили бедного Чернова, который действительно был не очень приятным типом. "Моя бедная пампушка", - так мама зовёт Жозиану. Софи Бостоф, "королева двора", с ней не дружит, потому что Жозиана - "слишком услужливая". На первом причастии толстуха заявила подругам: "Я пойду в монашки". Каждый несчастливый человек несчастен по-своему; Жозиана - вдвойне: как маленькая девочка и жирная. Она должна есть меньше, чтобы не стать толще. И вот - сладкий миг! - гора лучших пирожных закуплена в кулинарии, пришли гости: Катрина с Терезой - именно те, кто может много есть и при этом ничуть не толстеть. А Жозиана смотрит на них. Просто смотрит.

Поль Фурнель написал ещё книжку: "Толстые мечтательницы". Быть толстой - значит, отличаться от остальных. Быть маленькой девочкой - значит, отличаться от остальных. После того как рассказы про голубых, розовых, фиолетовых и зеленых уже созданы, пора наконец приняться за серо-буро-малиновых в крапинку - за всех остальных. За все неисчислимые отличия. Что Фурнель и делает с блеском.

Жозиана - главная героиня рассказа "Полдник". В истории про "Голос" у Жозианы - реплика. В рассказе "Королева школьного двора" на неё - одно предложение. Так же и с другими Магали-Мадлен-Малинами.

Маленькая Девочка с большой буквы - идея, но есть, кроме того, большой мир маленьких девочек. Их мир - социален. Но суть его социальности - обмен фантазиями, взаимная игра воображений. В чем, собственно, и есть его главная ценность. И главное отличие от взрослого мира.

"Может ли маленькая девочка быть поэтом?" - вопрос, на который гениально не отвечает Барт в своем эссе "Литература в духе Мину Друз". Несомненно, поэт может быть Маленькой Девочкой. Как Фурнель. Сэллинджер открыл Подростка. У Диккенса и у Дос Пасоса, и у Бог знает кого ещё Подросток всегда был Недорослем, потенциальным взрослым. Фурнель сделал Маленькую Девочку человеком. Подростки оценили Сэллинджера. Маленькие девочки вряд ли оценят Фурнеля. Если судить по его рассказам, маленьким девочкам неинтересно то, что написано про них. Их занимают взрослые. Они "коллекционируют стариков" и подражают тетям.

Михаил Сидлин
"На Посту", N2, июнь 1998г.




ОДЕЖДА ДЛЯ ВОЗДУХА ОТ ПОЛЯ ФУРНЕЛЯ

Мадлена, Тереза, Катрина, Малина, Софи из метро

CПОСОБНОСТЬ управлять дыханием активно использовалась Антонеоном Арто в технике перевоплощения. Для того чтобы воспроизвести мир маленьких девочек, Поль Фурнель вслушивается в их дыхание и улавливает не только ритм, но и пластику воздуха, воздух становится видимым, наряжается, точно кукла: "При каждом вдохе уголок клетчатого платка, прикрывающего ей лицо, - спи спокойно и плачь вволю, - на какое-то мгновение прилипал к губам. Когда она выдыхала, платок шевелился, как водоросль".

Роман составлен из нескольких небольших новелл - маленькие девочки путешествуют из одной новеллы в другую, встречаются, расходятся, ходят друг к другу в гости или прячутся там, где их никто не сможет найти. Мадлена, ее сестра Тереза, толстуха Жозианна, Катрина, Малина, Аделина, Софи Бостоф, королева школьного двора... Гумберт Гумберт обладал маниакальной памятью на девичьи имена, но подозрения рассеиваются, еше не успев возникнуть. Книга не о Лолите. И даже не об Алисе в Стране чудес. И даже не о Зази в метро, хотя отсылки к Раймону Кено присутствуют в немалом количестве.

Последнее не случайно: Кено - один из инициаторов объединения УЛИПО, в которое входил и Фурнель. "Ouvroir de Litterature Potentielle", "Мастерская потенциальной литературы", - содружество французских литераторов и математиков, существовавшее в 60-х - 70-х годах: в экспериментах с возможностями текста смешивались традиционные литературные игры и структуралистский подход. Модели улипистского обращения с текстом Поль Фурнель, добродушно посмеиваясь, обнаруживает в играх маленьких девочек. Как Раймон Кено, маленькие девочки выстраивают текст с вариативной структурой - выбор сюжетного варианта перестает зависеть от автора: "С этого момента /.../я больше не буду рассказывать историю, мы будем в нее играть" ("Королева школьного двора"). Вслед за Переком - пробуют обходиться алфавитом из двадцати пяти букв вместо двадцати шести; в романе Перека отсутствует буква "е", в вызубренной к уроку басне - "о": "Когда прилетит смерть, она заберет вас такими, какими выбудете/.../ А я не хочу жить всю смерть со ртом, круглым, как куриная задница" ("Липограмма"). Игры с "современной куклой" не отличаются от игр с "современным текстом": разбить на мелкие осколки ("Ты меня достала!"), пронумеровать сегменты и аккуратно склеить. "Кукла, несмотря на шрамы, обрела прежний вид. Язык, правда, был утерян окончательно" ("Современная кукла").

Но роман Фурнеля не превращается в плотный клубок аллюзий, а количества лингвистических игр явно недостаточно, для того чтобы заполнить все закоулки повествования и приблизиться к стилистике Кэрролла. Главное в книге - любовь к маленьким девочкам, чистая и непорочная. Поль Фурнель не сублимирует, не подглядывает, а исследует, с легкостью объясняя самые нелогичные поступки. Его героини считают розочки на потолке, кормят голубей, коллекционируют мертвых птиц и примеряют на себя очертания мира. "Первый раз в жизни на ней было что-то, что она не успела разглядеть на себе в зеркале". "Старость - это когда каждое утро, зевая, говоришь: "Ну и рожа у меня", после чего выходишь из ванной накрашенная, сияющая и мужественная, как индейский воин".

Новая плиссированная юбка, нелюбимые гольфы, слишком нарядное платье, которое нельзя испачкать, - способны изменить все до неузнаваемости. Мамина косметика - возможность ощутить время на своем лице: "Из мрачных, черных как уголь, провалившихся орбит выглядывают белки крошечных глазок. Хорошо. Прибавилось лет пятнадцать".

Это и есть форма, которую принимает воздух. Обретающая фактуру поверхность между "можно" и "нельзя", между жизнью и смертью. Как актеры театра Кали, маленькие девочки заговаривают смерть, которая еше слишком близко ("Сегодня у нас новая тема: мертвые мамы"). Подражают ее неподвижности. Застывают прямо на площади, среди туристов и сердобольных прохожих, в четырех платьях из родительского гардероба, надетых одно на другое. Немыслимая улыбка под толстым слоем пудры. "Морская фигура, замри!" Но жизнь тоже совсем рядом. Плещется в луже, вертится, как карусель, и искушает красивым яблоком в сахаре. "Сначала сбросить платье, не думая о шнурках. Затем сорвать с головы бант. Скинуть туфли, не расстегивая ремешков. Стянуть гольфы и трусики. Бросить все в кучу, прямо тут, за фонтаном. Прыгнуть двумя ногами в лужу, чтобы освежиться, и побежать к карусели /.../ Подставить ветру голую попу, красную перепачканную рожицу и получить все сполна".

Все это выглядит на книжном прилавке как маленькое чудо, к тому же текст сопровождают иллюстрации Владимира Шинкарева, в очередной раз демонстрирующие, что "в живописи митьки с самого начала были "взрослыми" - тем более когда речь заходит о детстве. Стилистическая точность, легкость линий, светлая печаль, едва уловимая ностальгия и никаких безобразий.

В попытках зафиксировать ускользающую линию, изменчивость слова, поверхность воздуха можно последовать за маленькой девочкой. "На прошлой неделе ее поймали перед кондитерской, на следующей неделе она дотянет до церкви, а через год она будет одеваться, как ей захочется".

Ирина Каспэ
"Ex libris НГ", Книжное Обозрение




Девчонки взрослеют быстро

ДОЛГИЕ годы в книжном деле процветало пиратство. Хочешь издать книгу какого-нибудь зарубежного автора - переводишь ее, печатаешь и без проблем выбрасываешь на книжные прилавки. Теперь приходится считаться с авторским правом, потому что любая книжечка, даже самая маленькая, - это интеллектуальная ценность. Выпустить чужой роман без разрешения автора или издательства - это уже воровство. Слава Богу, все теперь идет более или менее цивилизованным путем. Все чаще можно услышать нормальную фразу "Купили авторские права".

Вот и питерское (митьковское) издательство "Красный матрос" (очень небольшое по своим мощностям) решило следовать европейским правилам. "Красный матрос" связался с французским издательством "Галлимар" и получил разрешение на издание книги рассказов Поля Фурнеля "Маленькие девочки дышат тем же воздухом, что и мы" ("Les petites filles respirent Je meme air que nous"). Особенно обрадовался переводчик Валерий Кислов. Рассказики Поля Фурнеля он переводил не из-под палки, а по собственному желанию. И очень хотелось Кислову увидеть свой труд напечатанным. Художник Владимир Шинкарев с удовольствием сделал девять иллюстраций к Полю Фурнелю. И получилась симпатичная книга. А что тираж маленький (1000 экз.), так это неплохо. Значит, книга быстро станет библиографической редкостью.

Если сказать, что Поль Фурнель пишет о девчоночьем одиночестве, то это не вся правда. Очень тонко и тактично рассказывает Поль Фурнель о том периоде в жизни девочек, когда в них просыпаются женщины. В этом много и радости, и грусти тоже.

Артур МЕЗЕНЦЕВ
"Смена", 14.05.98


Купить в интернет-магазине OZON


Персоны:
  Ссылка из этого текста Владимир Рекшан
  Ссылка из этого текста Владимир Шинкарев
  Ссылка из этого текста Михаил Сапего
  Ссылка из этого текста Поль Фурнель
Дополнительные ссылки:
  "Маленькие девочки дышат тем же воздухом, что и мы" Михаил Сапего: "Красный матрос" - это я!



наша реклама
Митьки